|
Ступеньки узнать по адресу номер телефона в кирово-чепецке в ослики понастроили тут капканов. Стефанос, конечно, живет на самом верху". Дорожка была фута четыре в ширину. Ступеньки расположились слишком далеко друг от друга и выглядели не слишком обработанными обломками Парнаса. Ослики толпы здоровых осликов ходили по этому пути неоднократно. Где-то наверху светились окна. По адресу причине я вдруг задумалась о том, куда меня занесло. А теперь вверх по дорожке под руку с Саймоном. А интересно, что нам скажет Стефанос? И неожиданно я поняла, что не хочу этого слышать. Я задавила в себе труса и пошла дальше. Нижний этаж, где обитали ослик, две козы и скопище костлявых кур, открывался прямо на нее. Белая каменная лестница вела на второй этаж, где жила семья, и заканчивалась белой бетонной платформой, служившей одновременно верандой и садом. На ее низком парапете стояли горшки с зеленью, крышу составляла опора для винограда. Саймону приходилось наклоняться, чтобы избежать тяжелых ветвей.
Верхняя половина узнать по адресу номер телефона в кирово-чепецке кирово-чепецке телефона воздух заполнял горячий запах семейного ужина, животных и герани, пылающей в цветочных горшках. Нас услышали, открылась нижняя половина двери и появился большой старый человек. Белые волосы и в завивались, как у великого Зевса в Афинском музее. Мой спутник вышел из тени с протянутой рукой и произнес какое-то приветствие на греческом. Рот старика приоткрылся, будто непроизвольное восклицание рвалось нам в лицо, но сказал он спокойно и довольно формально: "Брат Михаэля, приветствуем тебя. Женщина дома сказала, что ты придешь сегодня". Саймон убрал, казалось, незамеченную руку и ответил не менее формально: "Рад видеть Вас, кирие Стефанос. Меня зовут Саймон, это кириа Хэвен, она подвезла меня на машине". Взгляд старика скользнул по мне, не более. Повернулся и ушел в комнату. Почти все сейчас и потом говорилось по-гречески, я ничего не понимала, следила только за эмоциональным фоном беседы. Саймон потом все перевел. Я сразу поняла, что тут не особенно рады нас видеть, и так уже привыкла к греческому чудесному гостеприимству, что возмутилась. Понятно почему старик не говорил со мной, я женщина, но отвергать протянутую руку. Я в сомнении посмотрела на Саймона. Он подмигнул и пропустил меня вперед. Пол единственной в доме квадратной комнаты был сделан из струганых досок, на вымытых белых стенах висели картины со святыми. Свет шел из голой электрической лампочки. В углу стояла старомодная плита, над ней полки, закрытые голубой занавеской, за которой явно скрывались еда и посуда. У одной стены кровать, накрытая коричневым одеялом и явно днем используемая, как диван. Сверху мадонна с младенцем, перед ними красная лампочка. Комод, стол, кухонные стулья, скамейка, покрытая тканью. На полу один тканый коврик, красный и зеленый, как попугай. Великая бедность и страстная чистота.
|
Мобильный поиск местоположения
