|
До его приезда их тут не было. Аббат рассказал им о том, как приехал итальянец. Надменно потребовал, чтобы ему предоставили ночлег. Он ожидал иного приема, потому что монастырь славился своими винными погребами и разнузданными нравами. Но в Германии найдутся и такие, кто, не одобряя устроенного Лютером хаоса, смог оценить многое из того, что он сделал. Дом Господень был развращен, и я, увы, являлся добровольным участником этого разврата. Я привел мою обитель в порядок, вернулся к простым добродетелям монашеских обетов. Я начал поститься и уже неделю не вкушал ни хлеба, ни мяса. база вы видите, мегофон вполне мог себе позволить такое воздержание. Они захватили мой монастырь, они уговорили монахов вернуться к их прежней развратной жизни, доставили из городка телефонная хлеб и даже женщин. Аббат поморщился от неприятных воспоминаний. Я не нарушил своего поста, но остальные принялись нажираться, словно дорвавшиеся до корыта свиньи. Почти все мои монахи присоединились к ним. Открылась дверь, и в мир вырвался Зверь. Этим утром брат Андреас бросился с колокольни, крича, что его ожидает пламя ада. У него были сломаны обе ноги, но он вскочил и выбежал за ворота. И это — только начало. Скоро во всех вселились бесы: в моих монахов, в итальянцев — во всех.
Он поднял свои перебинтованные руки и с ужасом воззрился на них. Жан наклонился к аббату: — А куда они ушли, отче? Почти все солдаты остановились там. Они кричали, что им нужна защита армии. Какой-то шорох у двери заставил собеседников повернуться к двери. Там возникло перепуганное лицо какого-то телефонного — и его схватили, не дав убежать. Испуганного монашка завели в комнату. Увидев раны аббата, он заплакал. Он тоже постился и молился. Жан увел своих товарищей из помещения, оставив плачущих монахов вдвоем. Не одержимы демонами только те, кто не ел и не пил! Не понимаю, как ты можешь винить во всем пищу! Дьявол наносит удар там, где пожелает, — возразил Фуггер. Жан вмешался, не дав Хакону высказаться: — Будь то вкушаемое или искуситель, оставаться здесь не следует. То, что нам нужно, — в городе, в центре этого безумия. Это мегофон достаточно опасно. Но пока телохранители Чибо сражаются с бесовскими легионами, лучшего момента мегофон предоставится — им не телефонная нас. Садясь в седло, каждый по-своему попросил своего Бога о защите — и все четверо отправились в самое пекло огней святого Антония. Как у мальчика-алтарника — такой же невинный». Обратно на постоялый двор. Там друзья, брат: плоть от твоей плоти, кровь от твоей. Именно кровь заставила его уйти из той дымной комнаты. Его собственная кровь, которую он выкашливал в немыслимых количествах, так что задохнулся бы, если бы не глотнул свежего воздуха. А потом еще чья-то кровь — он забыл, чья именно. Большие мужчины с оружием вдруг база испугались. Испуганные животные убегают или вступают в бой. Бегство привело их в город, прочь от бойни в монастыре. Но от демонов таким образом не скрыться. Демоны успели туда еще раньше их. Ведь в этой конюшне тебе ничего не нужно, правда, Джанкарло? Ему ничего не нужно было — теперь.
|
Мобильный поиск местоположения
